про мозг и еще еще о переводах
May. 30th, 2013 01:34 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
sab123К нам недавно приходил Рэймонд Курцвайль (Raymond Kurzweil) с научно-популярной лекцией и книжкой, которую раздавали всем зрителям. Книжка называется "Как создать разум" ("How to create a mind"). Занимательный анализ того, как работает мозг и как его моделировать. Он красиво сформулировал то, что я как бы чувствовал, но внятно сказать не мог.
В частности, то, что мозг работает через иерархию распознавателей/генераторов паттернов (которых я называл абстрактными образами). И красиво демонстрирует, что паттерны эти видимо одномерные, и как между ними устроены связи в обоих направлениях - и вверх и вниз.
Прочитавши книжку, я осознал, что идея искусственного языка, которую я сформулировал в http://sab123.livejournal.com/271120.html - это есть полнейшее отображение этих самых мозговых паттернов. Но с некоторым своеобразием: поскольку в однозначном языке должен отображаться не только исходный текст, но и весь требуемый контекст, язык должен уметь передавать еще и кусочек мозговой структуры писателя.
Из других мелких моментов: когда Лукьяненко распинался про то, как понятие "совесть" - уникально для русского языка, а в английском conscience - совсем не то, я хихикал. А тут увидел, как Курцвайль вставил в главу про сознание эпиграфами цитаты из Бродского и Достоевского, которые очевидно в оригинале говорят именно про совесть, будимую через ложь и страдания, но в переводе оно смешивается в тоже слово, что и сознание, то задумался. Может и прав был Лукьяненко.
В частности, то, что мозг работает через иерархию распознавателей/генераторов паттернов (которых я называл абстрактными образами). И красиво демонстрирует, что паттерны эти видимо одномерные, и как между ними устроены связи в обоих направлениях - и вверх и вниз.
Прочитавши книжку, я осознал, что идея искусственного языка, которую я сформулировал в http://sab123.livejournal.com/271120.html - это есть полнейшее отображение этих самых мозговых паттернов. Но с некоторым своеобразием: поскольку в однозначном языке должен отображаться не только исходный текст, но и весь требуемый контекст, язык должен уметь передавать еще и кусочек мозговой структуры писателя.
Из других мелких моментов: когда Лукьяненко распинался про то, как понятие "совесть" - уникально для русского языка, а в английском conscience - совсем не то, я хихикал. А тут увидел, как Курцвайль вставил в главу про сознание эпиграфами цитаты из Бродского и Достоевского, которые очевидно в оригинале говорят именно про совесть, будимую через ложь и страдания, но в переводе оно смешивается в тоже слово, что и сознание, то задумался. Может и прав был Лукьяненко.
