![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
sab123Обобществление средств производства не полностью решает проблему в этой области. Даже если мельник не является владельцем мельницы и не может принимать самостоятельные решения в промышленных масштабах, а всего лишь управляет ей в пределах предписанных полномочий, у него все равно возникают практические возможности потырить чего-нибудь по углам и удовлетворить свои Запретные Потребности. И как строго ни следи общественным контролем, все равно будет происходить Кража Колосков.
Такие проблемы возникали даже в концлагерях, когда зэкам удавалось найти и съесть замерзшего мамонта. А у крестьян есть и другие возможности поживы потихоньку, типа как поймать зайца в силок.
Альтернативным потенциальным решением тут будет брежневское. Где как неофициально "что охраняешь, то и имеешь", так и официально на предприятиях существовали специальные возможности приобретения благ для сотрудников. То есть, чтоб список Разрешенных Потребностей был не фиксированным, но варьировался от места работы. Это в чем-то подобно иерархии Расширенных Потребностей для жрецов.
Но результатом этого решения будет распространение блата, прям как в брежневские времена, когда шел натуральный обмен возможностями расширенного доступа. Винж в своей книжке про космических коммунистов и пауков излагает систему, когда стихийно возникли подпольные деньги в виде долговых расписок. Но это при ограниченности ресурсов и неограниченности разрешенных потребностей. Реальный блат работал не так, и будет работать не так при коммунизме. При коммунизме единица Разрешенных Благ ничего не стоит, доступ к ней неограниченный. Поэтому видимо не будет никаких дозирующих расписок, а будет просто предоставление косвенного доступа на взаимной основе хороших отношений, без особого учета количества. Примерно как оно было в СССР, где доступ тоже был условно-бесплатный, хоть и ограниченный. Не то что бы учета совсем не будет, но он будет регулироваться неявной общественной системой приличий. Широкое паспространение обмена по блату, конечно, способно разрушить всю систему. Поэтому он будет и осуждаться в религии, и ограничиваться соседями, которые испугаются, что весь ресурс без них съедят. Та самая коммунальность, которую Глушков одобряэ в своей цитате:
"Но, - подмечает В.М. Глушков, - одно дело, когда ставящего свои интересы над коллективными осуждает государство (всегда найдутся «добренькие», кто пожалеет «несправедливо обиженного»), и совсем другое дело, когда его осуждает сам коллектив, поскольку он залез карман не просто государству, а именно своим соседям."
Но как ни крути, выходит, что именно блат - самый большой зародыш коммунистических отношений в СССР.
Возврашаясь к проблеме ловли зайцев, очевидно, что есть способ ее мягко ограничить, запретив продажу инструментов для нее и распространение информации об этих инструментах. Если желающему поймать зайца придется сначала изобрести с нуля свой силок, таких ловцов будет мало. Но это, конечно, всего лишь еще один аспект полного обобществления производства.
Такие проблемы возникали даже в концлагерях, когда зэкам удавалось найти и съесть замерзшего мамонта. А у крестьян есть и другие возможности поживы потихоньку, типа как поймать зайца в силок.
Альтернативным потенциальным решением тут будет брежневское. Где как неофициально "что охраняешь, то и имеешь", так и официально на предприятиях существовали специальные возможности приобретения благ для сотрудников. То есть, чтоб список Разрешенных Потребностей был не фиксированным, но варьировался от места работы. Это в чем-то подобно иерархии Расширенных Потребностей для жрецов.
Но результатом этого решения будет распространение блата, прям как в брежневские времена, когда шел натуральный обмен возможностями расширенного доступа. Винж в своей книжке про космических коммунистов и пауков излагает систему, когда стихийно возникли подпольные деньги в виде долговых расписок. Но это при ограниченности ресурсов и неограниченности разрешенных потребностей. Реальный блат работал не так, и будет работать не так при коммунизме. При коммунизме единица Разрешенных Благ ничего не стоит, доступ к ней неограниченный. Поэтому видимо не будет никаких дозирующих расписок, а будет просто предоставление косвенного доступа на взаимной основе хороших отношений, без особого учета количества. Примерно как оно было в СССР, где доступ тоже был условно-бесплатный, хоть и ограниченный. Не то что бы учета совсем не будет, но он будет регулироваться неявной общественной системой приличий. Широкое паспространение обмена по блату, конечно, способно разрушить всю систему. Поэтому он будет и осуждаться в религии, и ограничиваться соседями, которые испугаются, что весь ресурс без них съедят. Та самая коммунальность, которую Глушков одобряэ в своей цитате:
"Но, - подмечает В.М. Глушков, - одно дело, когда ставящего свои интересы над коллективными осуждает государство (всегда найдутся «добренькие», кто пожалеет «несправедливо обиженного»), и совсем другое дело, когда его осуждает сам коллектив, поскольку он залез карман не просто государству, а именно своим соседям."
Но как ни крути, выходит, что именно блат - самый большой зародыш коммунистических отношений в СССР.
Возврашаясь к проблеме ловли зайцев, очевидно, что есть способ ее мягко ограничить, запретив продажу инструментов для нее и распространение информации об этих инструментах. Если желающему поймать зайца придется сначала изобрести с нуля свой силок, таких ловцов будет мало. Но это, конечно, всего лишь еще один аспект полного обобществления производства.
